Academy "Mirage"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Academy "Mirage" » Игровая зона » Пуля в подарок


Пуля в подарок

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Название:Пуля в подарок.
Игроки:Реборн, Фонг
Место действий:Китай, Пекин
Краткое описание флешбека:Пекин. Действие происходит год назад, в промозглый ноябрь. Накрапывает мелкий дождь, дует холодный ветер, кружа опавшую пожелтевшую листву, а  у Фонга встреча с коллегой в Пекине. Не самое приятное время года, но кого это волнует, когда вокруг крутятся огромные деньги? Вот и Фонг продолжал улыбаться, сидя за столом напротив возможного партнёра по бизнесу. Всё шло хорошо, осталось только подписать бумаги... Но почему в самый ответственный момент появляется школьный друг, а по совместительству лучший и самый известный киллер? И чем всё это закончится?

0

2

Пекин всегда ассоциировался у Реборна с половиной бытовых приборов в его давно забытой двушке на Таймс-Сквер, красными драконами и одноименной капустой, с которой никогда не был знаком его холодильник во все той же квартире, окна которой выходили на 42-ую. Из кухни, если хорошо высунуться из окна, пока летишь навстречу асфальту, можно было бы увидеть пестрящих разноцветными лампочками Бродвей – мечту школьниц, чья почетная аудитория, достойная слышать их вокальный талант, начиналась на баночках из-под шампуней, гелей для душа, а так же мочалок и ими же заканчивалась.
Столица Китая встретила итальянца, давно сбежавшего за черту родной Сицилии, промозглым ветром, который будто бы заставлял его пересмотреть решение остаться здесь в командировке и убраться восвояси. Но упрямый нрав Реборна был его визитной карточкой, поэтому он лишь передернул плечами от холода и потер уставшие после бессонной ночи в самолете глаза. За широким окном аэропорта моросил противный мелкий дождик, который был отвратительной составляющей погоды наравне со спадающей до уровня десятки-выше-нуля ртутной ленточкой.
Камера хранения. Серебристая дверца в предпоследнем ряду снизу с многоговорящей цифрой «13»  на хромированной поверхности. Ключ, потеплевший от того, что киллер долго играл им, разглядывая номерок, входит в замочную скважину как влитой. Тихий скрип, легким движением выуженный из шкафчика кейс, и через пять минут брюнета уже нет на территории аэропорта.
Среднестатистическая кофейня на углу это в ста метрах от главного входа в воздушный порт это не совсем «Старбакс», но зато здесь тепло – он подносит руки ко рту и начинает дышать на них. Окоченевшие пальцы грозились так и остаться неподвижными, но вскоре их уже греет чашка, а самого Реборна – взгляд очаровательной официантки, хотя он вообще сомневается, что на него смотрит одна и та же девушка. Как бы не застрелить по ошибке другого человека, потому что «Обознался» - совсем не та фраза, которую итальянец хотел бы произнести в свое оправдание. Да и оправдываться, потому что он выполнит это чертово задание и на вырученные деньги поедет греться куда-то на Мальту…
Его место на региональном конкурсе по физике, стоявшее на сейфе за код, вызывает смешок – «001» это слишком просто, если хочешь защитить миллион баксов, зато навевает определенные воспоминания, которые хочется придушить в зародыше. Среди многочисленных зеленоватых портретов Франклина виднеется еще один – очаровательное лицо с плавными линиями, достойное обложки журнала. Ну или пули в подарок просто за красоту черт. Из краткого досье Реборн узнает лишь то, что ему заплатили слишком мало за дыру во лбу китайца, потому что биографические факты его жизни убийца знает и без того – куда уж там с его-то памятью не помнить бывшего одноклассника.
Брюнет замечает дымящуюся перечеркнутую сигарету на наклейке, прилепленной на барную стойку, и с досадой отводит руку вбок от своего кармана, в котором лежала пачка Капитана. Кофе с сигаретой – квинтэссенция счастья, и если владелец этого кафе оного не понимает, то ему ни один врач не поможет.
На плеере каждая песня ему как старая, возмущающаяся жена, некогда горячо любимая, а теперь уродливая, противная и приевшаяся до невозможности, но он упорно ищет хоть мало-мальски задевающий какие-нибудь струны в его душе трэк. И находит его.
- Kiss me, kiss me like I kiss you.
Создание группы Deine Lakaien началось с объявления одного участника, что они ищет вокалиста, готового на эксперименты. Любовь Реборна к этим немцам началась с песни, которую он напевает себе под нос. И этого не отнять.

0

3

Такая погода – самое настоящее издевательство. Холодный ветер слишком сильно раздувал небрежно накинутый бежевый шарф и полы не до конца застёгнутого пальто. Мелкие лужи смешиваются с грязным подобием снега, прошедшим ночью и тонюсеньким слоем, как сахарная пудра в дешёвых кондитерских, укрывшим асфальт. Фонг, обожающий пешие прогулки, в очередной раз порадовался, что по статусу ему необходимо ездить на шикарных чёрных тачках, дабы не замарать мужские кожаные туфли, стоящие, пожалуй, больше того кафе, где должна была проходить встреча. Но машина не может заехать в само заведение, и из-за этого китаец смог прочувствовать всю «прелесть» непогоды, чуть прищурив глаза из-за резкого порыва ветра. Телохранители оцепили Фонга, встав вокруг него так тесно, что казалось, что между ними нет даже щелей. Если бы не выгодный многомиллионный контракт, китаец отказался бы от встречи, только взглянув в окно. Вот только многоуважаемый Чин Хуа владел именно этим самым контрактом. Плюс, сверх этого достоинства, был очень уж пунктуален и требователен. Фонг был спокоен, улыбчив и в хорошем расположении духа, так что прибыл за пять минут до встречи в назначенное место, чтобы напомнить всем ещё разок, что именно его семья тут главная, а значит подмешивать что-то в еду или напитки – не самая лучшая идея. Дверь открыл молчаливый юноша, явно находящийся на подработке, но его даже не удостоили взглядом. Амбалы, отвечающие за защиту важной персоны – ну, вы же понимаете, о ком речь – заняли свои позиции. Один остался у двери, второй у окна, третий отодвинул Фонгу стул, дабы начальству было удобнее, дабы начальству угодить. Четвёртый встал по правую руку, а пятый ушёл на кухню.
Фонг же ещё раз просмотрел документацию, которую надо будет преподнести коллеге, улыбнулся подошедшей с блокнотиком молоденькой официантке, у которой явно тряслись от волнения и страха колени, но она держала дежурную улыбку.
- Зелёный чай, пожалуйста.
Пара слов в блокноте, улыбка, поклон, и девушка скрылась на первой космической на кухне, вызвав у Фонга невольную усмешку. До встречи осталась минута, а его коллега, как узнали люди китайца, да и он сам был наслышан, никогда не опаздывает.
Так и вышло. Низкий, как и большинство азиатов, мужчина в возрасте шестидесяти лет шёл так, словно он император китайской династии. Фонг поднялся с места, но чисто из-за уважения к старшему, мама его хорошо воспитывала.
- Доброго здравия.
- Приятно видеть в своих компаньонах столь вежливого молодого человека.
Обмен любезностями, уважительные поклоны. Оба главы триады сели на свои места, а Чин заказал чёрный чай с жасмином. Пять минут молчания, прерываемого лишь дежурными фразами и тихим звуком, когда пиалы были возвращены на стол.
- Поговорим о работе, Чин Хуа?

0

4

Фотография школьного знакомого в таинственном кейсе, когда ты наемный убийцы, которому как раз адресована оная посылка, - не самый приятный сюрприз, но Реборн уже давно научился не удивляться подобным совпадениям и относиться к ним философски – дескать, на месте Фонга мог оказаться он сам, что гораздо хуже. Нельзя сказать, что они были лучшими друзьями, но в их общей биографии присутствовали и некоторые приятные моменты, которые, всплывая в омуте памяти, дарят легкую, выцветшую радость – он по-другому не умеет. Все чувства, которые ему доводиться  испытывать, стоит упоминать только с вышеуказанным эпитетом, потому что время давно выбило из него ритмичными ударами под дых возможность ощущать мир во всем его великолепии.
Передернул плечами, пытаясь скинуть с себя пелену наваждения, которая не преминула накрыть, уйдя он в воспоминания, и оглянулся, мысленно давая себе увесистый подзатыльник, - с его-то профессией отвлекаться на лирические отступления. Это ж где надо весь мозг растерять, чтобы подобным заниматься?
Реборн поймал себя на насмешливой мысли, что ему нынче определенно везет – в таких жирных кавычках -,  примерно в тот момент, когда в помещение в окружении своих танкоподобных подпевал вошел гвоздь сегодняшней увеселительной программы, молодой глава триады. Безгранично спокойный, улыбчивый – некоторые вещи не меняются с годами.  Итальянец едва заметно напрягся, высчитывая слабые места каждого из охранников, если эти люди все-таки пришли по его душу. Тем временем телохранители – брюнет насмешливо цокнул, искренне недоумевая, зачем его китайскому другу защитники – разбрелись по всем заведению, а горячий напиток в белой чашке с толстыми стенками начал остывать. Спасительная доза кофеина – как раз то, что требуется человеку, уставшему после длительного перелета из точки А в точку Б, особенно если в точке Б совершенно ужасная погода.
Вскоре кафе смогло обогатиться на стоимость двух пиал чая – зеленого для Фонга, и черного – для его собеседника, которым являлся ни кто иной, как еще один глава китайской мафии. Реборн сидел достаточно близко, чтобы слышать разговор двух мужчин, повернувшись к ним спиной и наблюдая за отражениями в зеркальной поверхности окна, за которым поднимали в воздух миллионы грязных брызг машины.
Маленькое кафе без названия – на самом деле название было, однако наемный убийца тут же его забыл, отметив про себя лишь то, что это было какое-то зарубежное женское имя – едва ли подходит для встречи двух криминальных авторитетов, а посему – идеальное место для переговоров. Пожалуй, обычные люди за соседними столиками совершенно не подозревают, что рядом с ними сидят киллер с безупречной репутацией и два главы триад.
В верхнем углу небольшого экрана телевизора под потолком виднелся перечеркнутый динамик, поэтому ничто не мешало итальянцу слушать разговор Фонга и его коллеги – только диалог и напевы некого македонца в одном наушнике. Указательный палец с грубой кожей на кончике от игры на гитаре скользнул по колесику на тонком белом проводке, и музыка стала тише.
Неторопливые мотивы резко прервались, и тихий зал заполнился трелью, которая раздается по всему миру несколько тысяч раз ежесекундно. Старая, но до сих пор верная Нокия была изъята ловким жестом из кармана черного пальто.
- Слушаю, - голос Реборна был необычайно хрип из-за череды преследующих его дождей. Даже смешно – пули его не берут, в рукопашном бою его победить сложно, а вот подхватить банальную простуду для него это запросто.
- Вы уже на месте? – голос работодателя почти как всегда без-лица.
- Поубавьте пафоса в голосе, это раздражает, - хмыкнул итальянец, отпивая маленький глоток кофе и с удовольствием потягиваясь, прижав трубку к уху плечом.
- Кейс у вас? – человек  по ту сторону трубки не стремился прислушиваться к просьбам брюнета, от чего тот хмыкнул, искоса поглядывая на стоящих рядом телохранителей Фонга и стараясь не терять контроль над ситуацией.
- Не сомневайтесь. Если неожиданно окажется, что у вас в школе было плохо с арифметикой, то нам  придется еще раз встретиться.
- Если неожиданно окажется, что слухи о вашей меткости преувеличены, то вы не с кем не сможете встретиться.
- Я надеюсь, что угроза в вашем голосе мне только послышалась.
И не дожидаясь ответа,  самый знаменитый киллер нажал на красную трубку, уже пряча телефон снова в карман.
Бейтсовская мимикрия, и не более. Никчемные люди, которые ничего не стоят, стараются казаться значимей, делая вид, будто они опасны. Несколько лет назад брюнета это только смешило, но после он понял, что от подобных чужих игр одни лишь проблемы – такие люди путают все карты, и это весьма и весьма мешает беззаботно существовать. Хотя когда он существовал беззаботно?

0

5

Тихий хриплый голос убаюкивал, поддерживаемый пасмурной погодой,  несмотря на то, что обладатель явно хотел создать не этот эффект, а привлечь «молодое поколение» к своим словам. Но так говорить хорошо на шумных многочисленных собраниях, дабы внушить уважение к своей персоне, а не в небольшом кафе, известном только рабочему классу. Тут всего двенадцать столиков, из которых заняты четыре, считая тот, за которым сидели лидеры триад. А что это значит? Правильно. Если что-то случится, устранять придётся не весь Пекин, а всего пару человек, наверняка проработавших всю свою жизнь на заводах, у кого-то из них могут быть семьи. И, нет, ни накручивающему длинную тонкую косичку на палец Фонгу, ни его взрослому коллеге, нет до этих людей никакого дела. Ну, последнему уж точно. 
Фонг, внимательно слушающий своего коллегу, подавил зевок, скрывая его за новой пиалой с чаем. Прошлым вечером ему пришло сообщение, что на его невинную китайскую душу готовится покушение, а это значит, что надо проверить всех и вся, узнать кто послал и кого послали. И если с первым проблем не было, убийцы уже были высланы по адресу будущего трупа, то со вторым были проблемы. Никто не смог узнать, какого убийцу послали к Фонгу. И это его нисколечко не радовало, если считать разведку его семьи одной из лучших в Гонконге уж точно. Сделав глоток достаточно приемлемой жидкости, Фонг вновь спокойно улыбнулся. Себе, компаньону, миру, и даже тому странному подозрительному иностранцу, сидящему к ним спиной за столиком неподалёку. И китайца совсем не смущало положение иностранца в шляпе, тот явно всё прекрасно видел в отражении, окна. Привлёкший внимание мастера боевых искусств мужчина, судя по чашке, пил кофе, по сравнению с итальянским просто отвратительное, и  либо хотел закурить, либо тянулся к пистолету. Китаец не любил быть мнительным, но хорошая реакция и подозрительность частенько спасает от неприятного попадания пули. 
Наконец, собеседник замолчал, выжидающе смотря на Фонга, который, будучи почти спокойным, заметил лёгкое напряжение старшего лидера триады. В уважительной улыбке промелькнул оттенок покровительства, китаец чуть склонил голову вперёд, дабы не смотреть на коллегу сверху вниз, а длинные пальцы, оставив косичку в покое,  задумчиво простучали незатейливый ритм по гладкой столешнице. 
- Думаю, что условия, выставленные вами, действительно выгодны и для нас,- точнее «меня», но китаец же воспитанный, он не будет принижать своих собственных людей, готовы за ним пойти в огонь, воду, медные трубы и ад за компанию,- так что мы согласны на заключение договора, Чин Хуа.
Тот сразу расслабился, ставя короткую резкую подпись, рядом с аккуратной подписью Фонга, который, отставив подальше от края пиалку с остатками чая, встал из-за стола.
- Приятно было с вами иметь дело, Чин Хуа,- лёгкий поклон, неизменная улыбка. Кейс со всей документацией в руках подчинённого, а машина, стоявшая совсем недалеко от кафе, Фонг готов поспорить, уже прогрета и готова к возвращению домой, в тепло, уют и подальше от этой ужасной погоды. А дома его ждёт нормальный обед, семья, тёплая постель, симпатичная массажистка и прочие приятные мелочи. Если, конечно, повезёт.
- Взаимно,- ёмко, но явно не хотя принизить, сказал мужчина, поклонившись в ответ. Фонг с удовольствием пожал протянутую руку, невольно бросив взгляд на то самое место у окна, но телохранитель, тот, что с кейсом, встал по правую руку своего начальства, перекрыв просмотр заинтересовавшего человека и возвращая к делам насущным.

0

6

Отвратительная смола, которая в меню этого кафе бессовестно именовалась кофе,  подходила к концу, и Реборн отметил этот факты с большим удовольствием, как и тот, что его размышления по поводу заказчика подтвердились. Мужчина, с которым ему пришлось недавно вести деловой разговор, вел себя строго, но все-таки был слабовольным и не любил разбрасываться кадрами, даже если те ему не принадлежат, но могут пригодиться. Последнее качество итальянец ценил, потому что в молодости сам обожал плести паутину из связей, чтобы просто знать, что под этим голубым небом имеется как минимум десяток человек, которых можно поднапрячь и заставить выполнить работу за тебя.
Смска, пришедшая на телефон, по умолчанию должна была порадовать, но наемный убийца решил обойтись без этого пункта, полностью отвлекаясь на прочтение. Белые буквы на синем фоне складывались в просьбу быть осторожным и не забывать тот факт, что его уже ищут. На этом моменте мужчина пожал плечами, зная, что найдут его в любом случае, если он задержится здесь более чем на три дня.
Деловая беседа бывшего школьного друга тем временем подошла к концу, за спиной началась возня, состоящая из скупых пожеланий удачи, скрипа ножек стульев по исцарапанному кафелю и покашливания. Кофе большими муками был допит и Реборн развернулся в сторону барной стойки, при этом придерживая шляпу так, чтобы лица  не было видно, и прищелкнул пальцами, глядя на самую суровую и скованную официантку.
Такие личности как его работодатель долго не живут – скоро люди семьи Фонга, который уже безусловно знает о покушении на свою скромную персону, и увидят номер, на который звонили с телефона заказчика. Так у киллера останется всего лишь два дня, если при этом не останавливаться в одной гостинице и не задерживаться в одном месте подолгу.
Когда китаянка с очаровательными пухлыми губами подошла к итальянцу, тот лишь шепнул ей на английском, что ему требуется счет. Вскоре книжечка, с вытесненными на ней серебристым иероглифами, лежала на столе.  Реборн вложил в нее несколько купюр, поднялся с места и вручил ее прямо в руки девушки, замирая рядом и буравя ее заинтересованным взглядом.
- Вам требуется еще что-нибудь? – с неохотой поинтересовалась мадемуазель.
- Ваш номер телефона, - усмешка.
Хмык девушки входил в планы мужчины, поэтому он всего лишь вложил в тонкие ладошки свой мобильный и шепнул на ухо обомлевшей девочке:
- Я знаю номер.
Все было предельно просто – место уничтожения карточки памяти можно с легкостью отследить,  выкинутый телефон – найти. Ну а таким образом у него получилось ненадолго запутать следы, плюсуя к своему времени еще полдня. Если эту леди попросят описать «того странного незнакомца», то она даже не вспомнит его цвета глаз – Реборн уже давно усвоил, что его лицо легко запоминается, когда он без шляпы, и постоянно ускользает из памяти, когда он в оной.
Он вернулся к своему столику, подхватил под руку кейс и двинулся к двери. Остановился возле нее, обернулся к китаянке, махнул рукой в неопределенном жесте, выдавил притворную небрежно-очаровательную улыбку и бросил:
- Удачи, красавица.
На улице дул все тот же промозглый ветер, который хлестал по спине, будто бы мокрой тряпкой, и забирался за шиворот. Мужчина скривился, вспоминая роль, которую ему только что пришлось сыграть, и потянулся до хруста в суставах.
Организм требовал никотина, и теперь итальянец не видел смысла отказывать себе в нем. Достал сигарету, закурил. Вместе с едким туманом в легкие проникала легкость. В этих сизых облачках и есть счастье, и плевать, что оно чревато раком.  Все равно его убьют раньше, чем он умрет от смертельной болезни.

0

7

Первым из кафе выходит Чин. Медленно, степенно, как умеют только такие, как он, личности. Фонг таким не будет, и он не жалеет. Как не жалеет и о том, что выходит вторым – ему совсем не хочется подставлять спину ветру, мелкой мороси и ливню грязи из-под автомобилей. Перед Чин Хуа раскрывают заднюю дверь Мерседеса, и молодой лидер триады, закутываясь в бежевый шарф, замечает на сидении двух совсем молоденьких девушек в кимоно. Им обеим явно нет восемнадцати, но никого это не интересует, а девушки мило улыбаются, склонив прелестные головки, и жмутся к мужчине. Из далека похожий на обычного студента, Фонг провожает уезжающего коллегу и его девочек взглядом, чувствуя запах сигарет. И ему явно не надо поворачиваться, чтобы понять, кто там стоит. Его телохранители окружают привычным кругом, который так нервировал китайца первые годы возглавления семьи, но сейчас всё нормально. Фонг скользит по иностранцу любопытным, слегка насмешливым взглядом, улыбается и слегка кивает, показывая, что заметил и, да-да, как всегда, всё знает.
Кольцо начинает движение, а люди, идущие на встречу, расступаются, хотя в мыслях явно осыпают «молоденького богатея, не знающего такое понятие, как труд». Фонгу всё равно на людей, он уверен, что идущий за ним киллер явно не отстанет. Тихая трель мобильного оповещает о звонке, и китаец, приняв вызов, довольно усмехается. Наниматель его убийцы завтра будет похоронен «из-за несчастного случая».
- Хорошая работа,- и китаец убирает трубку в карман. Он видит в витрине магазина очертание уже знакомой фигуры и тихо приказывает телохранителям ехать домой, и отдать кейс одной из сестёр. Ни одного слова, взгляда, который мог бы быть укоряющим Фонг, естественно, не встретил, так что он незаметной тенью выскальзывает из кольца телохранителей, вбегая в переулок и уже там переходя на шаг. Ему ведь просто интересно, чем это всё закончится, а значит, даже плохая погода не испортит мужчине вдруг появившийся интерес. Если киллер его проморгает, то он не стоит внимания Фонга, позволяя ему вернуться в отель, а завтра с утра уже домой в Гонконг. Его матушка, кажется, назначила очередной «смотр невест», который Фонг не может пропустить, как бы ему этого не хотелось. По этому, остаётся надеяться, что за ним послали не простого новичка, и китаец сможет задержаться и отвлечься от предстоящей встречи с послушными фарфоровыми куколками в кимоно. Просто более дорогом, чем на тех девушках-шлюхах в машине Чин Хуа.
Ещё один поворот, и Фонг заходит в небольшой сквер, заброшенный даже бомжами и воробьями. Тут нет мусора, не считая обычной для города грязи, и китаец уходит вглубь, останавливаясь у одного из деревьев, ожидая, давая преследователю несколько минут, чтобы догнать.

0

8

Реборну показалось, что это мило – такой себе кивок столетнего мудреца, сопровождающийся покровительствующим взглядом. Этот азиат всегда был таков – знает все обо всех, а если не знает, то делает вид, с помощью чего все равно в итоге все узнает. Китаец в сопровождении своих телохранителей пошел дальше, и киллер принял предложенные правила игры. Если говорить начистоту, в плане на сегодняшний день у Реборна не было пункта «пристрелить бывшего школьного друга», но всегда азартный и любопытствующий Фонг сам вписал его кровью, а итальянец никогда не прочь помочь страждущим лишиться жизни. Невинное хобби, так сказать.
Вскоре телохранители мужчины отступают – так это выглядит для Реборна. Он все-таки профессионал, и видеть каждое движение – его прямая обязанность. Поэтому он легко замечает, как его знакомец с поразительной ловкостью и очаровательной грацией выскальзывает из кольца своих охранников и тонет в тени переулка.
Песня  AFI била по барабанным перепонкам, и ее быстрый мотив был прекрасным аккомпанементом к скорому шагу.  Он пошел по следам своей жертвы, думая о том, когда же игра в «Кошки-мышки» станет более забавной. На веку знаменитого киллера попадались случаи и поинтересней. Как, например, тот парень, который узнавал заранее где будет караулить его наемник и бегал от него на протяжении недели. Правда, сейчас этот «интересный случай» все равно кормит рыб на дне Сены.
Сквер. Ничем не примечательный, пустынный. Будто бы выуженный из страшных фильмов о таинственных пропажах людей и приведениях. Реборн хмыкнул, поджег новую сигарету, так как в погоне старую пришлось откинуть в сторону. В пачке осталось всего две штуки, и они не спасут, если действительно сильно захочется закурить.
Он выпустил кольца едкого дыма вверх и пошел медленным шагом, зная, что любопытство сгубит Фонга, как когда-то, согласно каноничной поговорке, сгубило кошку.  Он не сбежит, а останется плясать на лезвии ножа, пока не почувствует смертельную опасность. Хотя… даже когда почувствует, все равно побудет «еще немного» с ним. И сбежит, как это делал сам Реборн в подобных ситуациях. Не из-за страха, а что бы раззадорить врага.
Но все это были мысли лично Реборна, а он никогда не был ни в чем уверен на все сто. Даже заучивая аксиомы, он допускал абсурдный вариант, что они могут ошибаться.
Его жертва стояла у дерева и, как и думал итальянец, ожидала его. Хмык, кольцо сизого тумана в небо, полуприкрытые глаза, которые все равно невидны из-за тени, отбрасываемой полями шляпы.
- Сейчас мне бы стоило начать длинную речь о причинах и последствиях, как бывает в кино, но я не выспался, и, чего греха таить, мне лениво, - Реборн уселся на старую лавочку как раз у дерева, которое подпирал глава триады, и снова потянулся, - перелеты, дурацкий кофе и простуда – не то, что требуется для счастья мужчине в расцвете сил.
С губ слетел насмешливый хмык, брюнет достал из портативной кобуры под пальто пистолет и начал крутить его в руках, предварительно поправив шляпу – еще не время раскрывать свою личность.  Итальянцу пришла в голову прекраснейшая мысль -  этим парнем можно хорошо поиграть, так зачем его убивать именно сейчас? Он всегда может сделать это позже, когда поймет, что ему начинает надоедать.
- Я всего лишь скромный дилетант, который впервые держит пистолет в руках, поэтому пожалей меня, погладь по голове и дай себя убить.
Все это он старался говорить со спокойным выражением лица, но непослушное лицо то и дело расплывалось в лукавой ухмылке.

0

9

Фонгу не надо поворачиваться, чтобы узнать о прибытии киллера. В сквере кроме них никого нет, а грязь вам не мягкий ковёр, скрывающий шаги. Тем более, самоуверенный наёмник даже не стал стрелять сразу, когда Фонг, казалось, стоит к нему спиной, открытый для любой дальней атаки. Вместо этого китайцу пожаловались на перелёты, ужасный кофе и простуду, пока несчастный больной шествовал к лавочке. Фонг облокотился о дерево, с любопытством смотря на попавшийся ему экземпляр. Высокий, головы на две точно выше Фонга, богато и со вкусом одетый, самоуверенный и не страдающий скромностью. Единственное, что смущало китайца, так это шляпа, из-за которой толком не было видно лица мужчины. Её сразу же захотелось снять, чтобы не закрывала обзор. А ещё образ, голос и манера речи казалась молодому лидеру триады знакомой, но вот где он мог видеть этого человека - было непонятно.
- Не думаю, что Пекин в это время года лучшее место для лечения простуды, на юге Европы сейчас гораздо теплее,- в своей обычной манере протянул Фонг, смотря на пистолет. Ощущение, что его недооценивают, возникающее каждый раз, когда на него готовят покушение, было совершенно не обидным. Факты его биографии были малочисленны и скучны, далеки от правды, так что к нему часто посылали новичков, жаждущих лёгкой наживы. Они говорили пафосные фразы из кино, рассказывали всякий бред, пока Фонг пил чай и думал, какую часть тела будущим трупам сломать в первую очередь. В итоге все незадачливые киллеры сейчас кто где похоронены, разочаровывая Фонга раз за разом, а сам лидер триады жив, здоров, и, судя по старанием его матушки, скоро будет женат. Сидящий перед ним мужчина, слова которого вызывали лишь улыбку и тихий смех, на новичка был совсем не похож. И пистолет явно держит в руках не первый раз.- Вы далеко не дилетант, и совсем не скромны. Не стоит приписывать себе несуществующих заслуг.
Тихо что-то пророкотал мобильный, оповещая хозяина о пришедшей СмСке, заставив Фонга удивлённо вскинуть брови. Сообщение было от мамы, которая настоятельно рекомендовала нормально пообедать, рано лечь спать, не забыть одеть шарфик, дабы её любимое чадо не простудилось, и не опаздывать завтра на очередную встречу с возможными невестками и их отцами. И если первая часть сообщения вызывала лишь умилительную улыбку, то на последней захотелось попросить киллера его пристрелить. Он прекрасно понимал желание мамы понянчить внуков, но чем старше становился сам Фонг, тем настойчивее была его многоуважаемая матушка. Вздохнув и убрав мобильный обратно в карман, китаец улыбнулся и лёгким движением убрал косичку за спину.
- Простите, но у меня на завтра назначена важная встреча, которую я, к сожалению, ну никак не могу пропустить. Вы не могли бы попробовать меня убить в другой раз? Например, когда наладится погода, а вы не будите страдать простудой.
Фонг склонил голову на бок, внимательно смотря на киллера, но не убирая с лица «приклеившуюся» за долгие годы вежливую улыбку.

0

10

- Вы уверены, что в гробу мне будет достаточно тепло? – насмешливо хмыкнул Реборн, припоминая всех своих многочисленных врагов, которые точат ножи в ожидании появления знаменитого убийцы в Италии.
Сколько этот итальянец себя помнит, он всегда был таков – шутливая, но равнодушная манера говорить, совершенно неуместная легкость в трудных ситуациях. Ему всегда было тяжело принимать всерьез окружающий мир, зная, что этот самый мир в любой момент модно легко положить на лопатки. Да, Фонг силен и да, он достойный противник – но, что с того? Ведь от этого только веселее.
Трель телефона вызвала тихий смешок, который лишь укрепился после того, как брюнету довелось наблюдать смену гримас на очаровательном лице собеседника.
- Раз уж вы меня раскусили, - с наигранной досадой произнес киллер, - то я вам открою еще одну тайну. Я не собирался вас сегодня убивать. У меня есть дела поважнее. Например, сон. А погода действительно оставляет желать лучшего. Особенно этот дурацкий ветер…
Реборн быстро поднес кулак ко рту, переложив пистолет в другую руку, и кашлянул, трижды проклиная собственный организм. У него все время болит голова, он легко заболевает легкими болезнями – к этому можно привыкнуть, но иногда все-таки пробирает тихая злость на себя самого. В наушниках как раз заиграл Rammstein – любовь в этой группе была подарком одного друга, полученным во время пребывания в Фюссене. Когда первое очарование прошло, наемный убийца все-таки понял, что хриплый, жутковатый вокал Линдеманна не пробирает его до глубины души. Поэтому пришлось достать маленький плеер и переключить песню – из-за режима «в случайном порядке» ему снова попались Deinе Lakaien, которых он рад слышать в любое время суток.
- Поэтому я действительно мог бы отпустить вас, но вы на дурака не похожи,  и как бы я смехотворен не был, - а вы очень заметно хихикаете себе под нос – все равно вскоре пошлете за моей персоной своих людей.  А это мне… слегка невыгодно. Мой работодатель, как я понимаю, скоро неожиданно попадет в автокатастрофу? Это будет досадно.
Реборн спрятал пистолет в портативную кобуру – он уже решил, что  убивать сегодня будет только чужие надежды, и менять это решение не собирался.  Пожалуй, мысль о том, что можно раскрывать свою личность, еще недостаточно утвердилась в его голове, поэтому он только многоговоряще прихватил пальцами полы шляпы, придерживая ее от порывов ветра и показывая, что в любой момент может ее снять. Киллер не сомневался, что Фонг уже начал догадываться, что они знакомы – уж больно выразительной была его собственная манера говорить, не меняющаяся с годами. Потом немного подумал и решил дать незатейливую подсказку в лице своей фирменной фразы, которую он произносил в школе почти ежедневно – на уроках физической культуры, когда вокруг было шумно; на общих концертах и прочих мероприятиях, когда все вокруг суетились. Всегда, потому что ему действительно казалось, что вокруг сплошной…
- Хаос, - пару секунду помолчал и добавил, - а красивый сквер был, да?
Вокруг все действительно было практически разрушено – этакая диковинная сцена и постапокалиптического фильма о вымершем человечестве.  Итальянец перевел пронзительный взгляд на своего собеседника – выражение его глаз совсем не сочеталось с насмешливой манерой говорить. Впрочем, как и всегда. Ему много раз говорили о его собственной убийственной ауре, из-за которой окружающие начинают нервничать в его присутствии даже тогда, когда он, как сам считает, ведет себя не так враждебно. По Фонгу не было видно ни малейшего волнения, что не могло не порадовать человека, всю жизнь проводящего в поисках достойного противника.

0

11

Фонг в очередной раз мысленно обрадовался выдержке и умению держать лицо, потому что этот человек, этот чёртов иностранец, словно ежедневно тренировался обходить идеальную защиту китайца из вежливости, спокойствия и внимания. Он удивлял, заинтересовывал, ставил в тупик своими словами и манерой речи в целом. Но это не раздражало, не выбивало из колеи, а заставляло внимательнее присматриваться к киллеру, игнорируя ауру убийцы, словно пропитавшую вмиг потяжелевший воздух. Перед Фонгом был сильный, очень сильный человек, мастер своего дела. Опытный и многое повидавший, отличавшийся от тех, кого за последние годы привык видеть лидер триады в своём окружении. Подобное чувство, когда рядом с тобой находится кто-то действительно достойный, кто-то, кто даже может быть сильнее тебя, Фонг не ощущал с завершения академии. После этого он, к сожалению, прервал все связи с бывшими друзьями, погружаясь с головой в дела клана. Многие другие семьи ставили под сомнение нового лидера, так что опять приходилось доказывать свою силу, восстанавливать авторитет. По этому он был очень удивлён тому, что его перед началом этого учёбного года откапала Луче, которая раньше возглавляла Дестреззу, а сейчас является директором всей академии. Но мы отвлеклись.
В себя Фонга привёл кашель киллера, вызывая странное желание увести этого больного в тепло и напоить Да Хун Пао. Кстати очень редким и дорогим чаем, настоящим, а не собранным с гибридов. Это один из любимых чаёв Фонга, и он был бы совсем не против согреть ладони после этой дурацкой погоды о фарфор тёплой пиалы. Но свои мысли китаец озвучивать не стал.
- Не думаю, что мои люди смогут составить вам серьёзную конкуренцию, даже когда вы в таком состоянии,- хмыкнул Фонг, смотря, как киллер убирает пистолет в кобуру. Становится всё интереснее и непонятнее. С кобуры взгляд переместился вверх, замирая на длинных пальцах, наверняка с чуть огрубевшей кожей из-за частого использования пистолетов, придерживающих поля шляпы. На какой-то момент Фонг словно забыл как дышать, проклиная собственное любопытство, которое, обязательно, его когда-нибудь погубит. Но у него ведь завтра важная встреча, так что это «когда-нибудь» наступит явно не сегодня. Хотя, с новым-старым знакомым Фонг уже ни в чём не уверен. Ну, да, фирменное «Хаос» академия того выпуска запомнила надолго, и это стало притчей во язытцах. Местной легендой, так сказать.
- Да. При последней моей поезде в Пекин он ещё цвел,- китаец вздохнул. Просто другие реакции были ему не свойственны. Он с детства себя вёл так, словно был мудрее остальных, и с годами ничего не изменилось. Только любопытство стало острой потребностью, как наркотиком. И появление Реборна было своеобразным, немного бредовым чудом. Фонг улыбнулся, встречая пронзительный взгляд бывшего однокурсника своим лукавым.- Какая всё-таки интересная встреча. Ты ведь приехал ко мне не для того, чтобы поговорить о прошлом, да, Реборн?

0

12

Реборн ухмыльнулся, услышав свое имя, легким жестом снял шляпу и положил ее себе на колени, чувствуя как холодный ветер начинал трепать волосы. Нахмурился, сощурив глаза, и тихо проклиная эту, безусловно, дурацкую погоду, которая, не царапая простуда его горло острыми коготками, была бы истинно прекрасной – черно-белый мир он любит только под настроение. И сегодня оно как раз соответствующее – хочется брести по аллеям, всматриваться в черные скелеты оголенных деревьев и слушать шелест листьев под ногами.
- Вероятно. Но сейчас я здесь как раз для этого, - зевнул итальянец, оборачиваясь, кладя одну руку на спинку скамьи и буравя школьного друга тяжелым, насмешливым взглядом, - некоторые люди не меняются. Например, ты. Например, я. Сочту забавным то, что несмотря на сложившуюся ситуацию, мы говорим… почти что как раньше.
Брюнет зачесал пальцами волосы, запрокидывая голову и рассматривая налившиеся свинцом тучи, которые, казалось бы, разрушали бы высотки, задевая их за шпили на крышах.
Пожалуй, во всех его относительно приятных школьных воспоминаниях присутствовал этот китаец – талантливый оратор, который заражал своим безграничным спокойствием аки странной болезнью всех окружающих. Именно благодаря этому они тогда вытягивали масштабные постановки и концерты, о которых им объявляли за несколько дней до показа. Тогда сам Реборн отвечал за упорядочение мыслей, деталей и идей, везде добавляя что-то свое, а Фонг – за разрешение внутренних конфликтов и организацию окружающих, чтобы их школьные товарищи чувствовали себя не подчиненными, а помощниками и коллегами. Этакий стоп-кран всегда нужен был флегматичному итальянцу, который становился безудержным холериком, когда его доводили до черты, за которой заканчивается его спокойствие. У них действительно был прекрасный дуэт, но брюнет был достаточно равнодушен к общественной деятельности и помогал, только когда к нему лично приходили на ковер, поэтому общались они редко. Ведь свести их могла только общественная работа – помимо нее у обоих (по крайне мере, у Реборна) были личные жизни и расписания, в которых уже не было места друг для друга. Пожалуй, исключительно благодаря подобным отношениям, схожих с отношениями близких родственников, живущих друг от друга на большом расстоянии, воспоминания эти были приятными. Если бы они были просто друзьями, то было бы более прозаично.
- Помнишь тот рождественский концерт? – усмехнулся киллер, почесывая указательным пальцем подбородок и потирая кулаками уставшие глаза. – Смотрю на тебя, а воспоминания так и хлынут.
Хотя бы потому что будущего в их общей биографии нет. Так кажется ему, когда он смотрит на Фонга – одного из тех немногих человек, которых он когда-либо уважал. Этих «немногих» действительно смертельно мало – возможно, их даже можно сосчитать на пальцах одной руки. Например, самая очаровательная женщина их тех, кого он знал и из тех, кого он почти забыл. Луче. Уж она-то когда-то заставила всегда знающего что он чувствует и почему он это чувствует киллера помучиться ночами, ворочаясь с боку на бок и задаваясь тем вопросом, который приходил каждому до безумия влюбленному человеку. «За что?». Но чувство все-таки прошло. Точнее, просто потерялось во времени, и вскоре было успешно забыто тем, кем Реборн уже, по сути, не является.
Брюнет зажмурил глаза и определенно понял, что ему сейчас смертельно нужен сон – кофе уже давно не бодрит так, как раньше.

0

13

Фонг подошёл ближе к скамейке, опираясь локтями на спинку правее головы итальянца. Он слушал, как всегда, внимательно, подмечая с близкого расстояния всё, что изменило этого человека, но, как не старался, толком ничего не увидел, кроме обычных возрастных изменений. Всё тот же тяжёлый взгляд тёмных, почти чёрных глаз, тонкие губы, изогнутые в насмешке над всем миром. Только кожа из-за простуды немного бледная, да почти незаметные синяки под глазами из-за недосыпа. Естественно, самого известного в Италии киллера мечтает убрать каждая вторая семья в Европе, приходится не только убивать намеченных жертв, но и скрываться от собственных убийц, что явно не добавляло итальянцу шика, зато сказывалось на здоровье. Фонг слушал бывшего товарища, тоже предаваясь воспоминаниям, но с лёгкой улыбкой ловя каждое действие бывшего однокурсника. На какой-то момент ему просто надоело уставшее, сонное лицо мужчины, больше напоминающего в данный момент старика на пенсии. Тонкие пальцы китайца зарылись в чёрный волосы Реборна, поглаживая и массируя кожу головы, виски. Расслабляя, успокаивая. Ну, Фонгу по статусу положено не стестняться своих совсем невинных желаний, так почему бы ни помочь знакомому немного расслабиться и прийти в себя. Тем более, итальянец, погружённый в свои мысли, был явно не против такого поворота событий, а своими словами он заставил и лидера триады забыться в потоке воспоминаний. Вспомнить, например, что в академии они действительно редко пересекались, если дело не касалось масштабного мероприятия. Реборну принадлежали почти все идеи, исполненные на праздниках, а Фонг, как представитель, а в последствии лидер Неутралле, отвечал за порядок, сглаживая острые углы в коллективе, вовремя успокаивая итальянца, когда тот начинал слишком резко говорить, делать замечания. Они были разными. Слишком разными, абсолютными противоположностями. По национальности, складу ума, целях, смысле жизни. Внешности, в конце концов. И именно по этому никогда не были соперниками. Фонг хоть и был бойцом на втором курсе, почти не принимал участия в битвах в Зеркальной комнате, но часто судил. И он был одним из тех, кто мог трезво оценить бесконечную силу Реборна. Оценить и, что уж тут, восхититься. Итальянец всегда был лучшим среди бойцов их выпуска.
- Такое не забывается,- усмехнулся Фонг. Это было их последнее Рождество в академии. Китаец вернулся сравнительно недавно, так что многие были недовольны тем, что он продолжает возглавлять свой факультет, а значит и иметь власть над остальными. Было много казусов, но они, в конце концов, дали этот чёртов концерт. С трудом, но дали. И он имел фурор. Но после него – а точнее после того, как все кроме Луче и Фонга напились – старшекурсники разошлись по своим делам, и лидер триады не знал, кто как закончил эту ночь, так как с утра сразу уехал к семье и не смог поинтересоваться у кого-либо.
- А ты не смотри,- холодная рука скользнула по лбу Реборна, закрывая глаза.- Тебе бы сейчас поспать, на тебя смотреть страшно. Похож на зомби.

0

14

Реборн откинул голову назад, наслаждаясь приятными прикосновениями к вискам, глубоко вдыхая прохладный воздух и ни на секунду не забывая, что Фонг не дурак, который забудет, что перед ним киллер, присланный по его душу, стоит только завести ностальгический разговор. Хотя итальянец допускал возможность того, что за несколько лет своей карьеры, он просто стал тем еще неврастеником, подозревающим всех и каждого. Однако за эти же несколько лет он научился получать удовольствие, не теряя контроль над ситуацией. 
Прикрыв глаза, он воспоминал. Все подряд, но эта дикая смесь приносила необыкновенное удовольствие. Смех Луче, когда он, Реборн, запутался в одной из гирлянд во время украшения зала. С учетом, что итальянец всегда был внимателен, то это событие было из ряда вон выходящим. И лицо Фонга, когда тот зашел именно тогда, когда школьная любовь киллера помогала ему выпутаться из блестящей, переливающейся ловушки. Спетая песня на открытии концерта, которая заставила всех запомнить брюнета не только как организатора и сильного бойца, но и как хорошего певца. И еще много-много всяких приятных цветных осколков, которые вместе складывались в поразительный витраж впечатлений.
- На зомби похож? – тихо переспросил итальянец шелестящим шепотом, не открывая глаз. – Спорный комплимент.
Его губы расплылись в довольной улыбке сытого кота, и он все-таки посмотрел на Фонга из-под ресниц, тяжело вздыхая. Это был, бесспорно, приятный привет из прошлого. Жаль, что его придется убить. На секунду в голове проскользнула шальная мысль, что заказчик все равно скоро будет мертв, и бывшего друга можно будет не лишать жизни, но Реборн лишь отмел ее в сторону, окрестив как глупую.
- Прежде чем приступать непосредственно к служебному долгу, хочу прогуляться по городу. Куда можно сходить здесь? – для поддержания разговора спросил наемный убийца, а потом насмешливо протянул, слегка оборачиваясь на новоиспеченного массажиста: - А теперь плечи и шею, если можно.
И тихо рассмеялся. Смех у него всегда был специфический и звучал еще более странно оттого, что смеялся он редко. Шелестящий, прерывистый, красивый, низкий, как и сам голос и какой-то ненастоящий. Ни веселый, ни радостный. Просто смех.
А вспоминания тем временем продолжали проскальзывать на дне подсознания темными тенями, которые откидывали настоящие события. В рождественскую ночь много чему пришел конец – конец неведению того, что это последний год в академии, а еще конец любви брюнета к ненаглядной Луче. Он из тех, кто холодеет к дамам своего сердца, когда заполучает их любовь. Ему интересней добиваться, а не любить, поэтому в ту ночь, разделенную на двоих, он окончательно к ней остыл как к женщине. Человеком она по-прежнему осталась для него интересным, но не более. Пожалуй, иногда даже становилось из-за осознания этого обидно – он-то успел подумать, что наконец-то все будет по-другому. Но, несмотря на это, все равно ошибся.
- Слушай… - начал брюнет, но тут же на полминуты замолчал, обдумывая свое решение в последний раз.
Все-таки ему не хотелось убивать этого мужчину, но вот что делать вместо этого - непонятно. Именно в этот момент итальянец решил, что просто предложит бывшему школьному другу разыграть небольшой спектакль, а потом попросит его затаиться на время. Да, прятаться от кого-то – дело неблагородное. Но ходить с дыркой во лбу тоже мало кому понравится.

0

15

Фонг задумчиво смотрел на расслабленного мужчину, гадая, что же теперь делать. Если после этой ностальгии Реборн решит его убить, то придётся срочно бежать из Китая. При всей своей силе, китаец не был самоотвержен, понимая, что если киллер займётся им в серьёз, то «станцевать на лезвии ножа» в этот раз не получится. Это просто будет глупо, а Фонг планировал прожить ещё лет тридцать, никак не меньше. И единственное место, где будет действительно безопасно, это академия, где бывший однокурсник, как надеялся мастер боевых искусств, просто не решится его убить. После всего того, что им пришлось перетерпеть в этом заведении… Ну, не будем о грустном.
- Это не комплимент, друг мой,- наставительно протянул китаец, взглянув на довольного киллера и невольно улыбнувшись в ответ,- к сожалению, это сухая констатация факта. Тебе стоит больше заботиться о своём здоровье.
Фонг с нескрываемым удовольствием вспомнил, что у итальянца просто прекрасный голос. И если Реборн не разучился играть на гитаре, то при лучшем стечении обстоятельств китаец обязательно попросит бывшего товарища что-нибудь спеть. Причём соло у тогда юного бойца Дестреззы всегда получалось лучше, чем игра даже в дуэте. Возможно из-за характера, итальянец никогда не любил, когда кто-то пробовал вырваться на передний план.
Слова о служебном долге слегка расстроили, но Фонг не подал виду, лишь чуть прищурив глаза, словно от резкого порыва ветра, которого здесь не было.
- Не думаю, что тебя привлекут достопримечательности,- мурлыкнул китаец, усмехнувшись. Тонкие пальцы осторожно перешли на шею, даже не массируя, просто лаская невесомыми касаниями, но задержались там совсем недолго, перебираясь на плечи. Вот уже там китайцу пришлось постараться, так как Реборн явно не забывал про физическую форму.- Единственное, что могу тебе посоветовать, это вылечить простуду. Мне удивительно видеть всегда непобедимого бойца в таком плачевном состоянии.
Сейчас Фонг почти смеялся. Ведь действительно, непобедимый боец академии, которого не брали удары или серьёзные техники, с лёгкостью заболевал чем-то вроде простуды или банальным насморком. Китайцу всегда было забавно наблюдать, как Луче отчитывала друга за то, что он не следит за здоровьем.
- Но, я надеюсь, что вирусы не испортили твой голос. Было бы очень обидно, ведь я совсем не против услышать твоё соло.
Он до сих пор помнил первое выступление будущего товарища. Ещё тогда молодой киллер, которого ловили, казалось, всей академией, обладал хоть и не развитым, но прекрасным, по-своему завлекающим и манящим голосом. Фонг тогда не подошёл к новичку Дестреззы, познакомившись с ним гораздо позже. Возможно, в силу характера китаец посчитал подобную встречу неправильной. А может он отказался познакомиться с новым талантом из-за того, что и так был впущен на пробное выступление новичков из-за знакомства с Луче, которая уже тогда была талантливым бойцом. Китаец этого сам не понимал, но присутствовал на каждом выступлении Реборна. Это было восхищение к тому, кто умеет то, что не умеет сам Фонг. Полиглот, талантливейший мастер боевых искусств, но с музыкой молодой представитель Неутралле никогда не дружил. Ну, вот. Опять между ними отличие…
- Что такое?- начатая речь Реборна оборвалась на полуслове, что чуть удивило Фонга. На его памяти итальянец никогда не сомневался в своих словах.

0


Вы здесь » Academy "Mirage" » Игровая зона » Пуля в подарок


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC